— Мистер Джонсон? — я посмотрел в сторону, откуда меня звали, отходя от палаты.

— Мистер Олдман, доброе утро, — я пожал ему руку. — Я как раз хотел к Вам подойти.

— Прекрасно! Потому что я надеялся, что встречу Вас, — давайте пройдёмте в мой кабинет, — я кивнул и последовал за доктором в знакомый мне кабинет. Единственное, что поменялось внутри — это только покраска стен. Из нежно голубого, они стали бежевыми, а также появилось больше картин. — Присаживайтесь.

Мужчина села за свой стол, приглашая меня последовать за ним. Я присел на стул, закусывая губу.

— Я хотел поговорить о том, что я знаю, что Гарри позвал Вас. И это... я не говорю, что это чудо, но это... удивительно. Он неожиданно в один день просто пришёл в себя и просто позвал Вас. Его мать сразу пришла к нам, чтобы сообщить это.

— Да, я был немного в шоке от этого. Он идёт на поправку?

— Да, это определённо так. Ему лучше. Но, как я говорил матери Гарри, дальнейшее лечение и реабилитация может занять долгое время. До пяти лет, — что? Пять лет? — Это правда. Он поступил в очень тяжёлом состоянии, несколько раз пытался покончить с собой в стенах больницы. И... Вы видели его состояние. Полное восстановление может занять очень долгое время.

— Понял. Мистер Олдман, я только что поговорил с Гарри и он сказал... — доктор вскинул брови и посмотрел на меня, как на призрака. Я резко стал плохо выглядеть?

— Вы говорили с Гарри? — я кивнул, не понимая, к чему это всё. — Не поймите моё непонимание неправильно, просто Гарри не говорит с нами. Кроме банальных «да» или «нет».

— Вы уверены? Я имею в виду...

— Я понимаю. Да, я уверен в этом. Я захожу к нему каждый час. Он кратко отвечает мне, а с медсёстрами он не говорит вообще. Даже те несчастные «да» и «нет».

— Мне показалось, что он... Нет, мне не показалось. Он много говорит. Сложно, с перерывами, с покашливаниями и очень тихо, но он говорит.

— Невероятно. С нами Гарри вообще никак не контактирует. Я даже не уверен, что он с матерью, отчимом или сестрой так разговаривает. Вероятно, Вы очень важный человек в его жизни. Вы хотели что-то сказать, я Вас перебил, — я провёл ладонями по джинсам, потому что я не знаю почему, но я волнуюсь.

— Да. Как Вы, как лечащий доктор Гарри, скажете на то, чтобы я перевёз Гарри в больницу Лондона, где будет происходить дальнейшее лечение и реабилитация? — мистер Олдман поднял руку и потёр лёгкую щетину на щеке, смотря на свои записи в блокноте.

— На самом деле, я смотрю на это положительно. Родители Гарри хотели перевести его месяцев пять назад, но его состояние было нестабильное. Я не мог этого позволить. Сейчас же, когда он более-менее начал адаптироваться к тому, что он снова в СВОЁМ сознание, я могу дать на это согласие. Это пойдёт ему на пользу. Так что, да.

— Отлично, спасибо большое.

— Это Вам спасибо. Всё-таки, это из-за Вас он пришёл в себя. О, да, когда будете забирать Гарри, придите с его родителями. Пока что они несут за него ответственность и мы не можем выпустить или перевести Гарри без их согласия, — я кивнул и пожал ему руку, вставая с места.

— Конечно. Тогда завтра мы будем у Вас.

— Будем ждать. До свидания, мистер Джонсон.

— До свидания.

Я вышел из кабинета доктора и зашагал к выходу из больницы. Сейчас она нужно будет съездить к родителям, обговорить всё. Но не думаю, что они откажутся. Они и сами хотели это сделать. С клиникой я только что списался и они готовы его принять в любое время. Осталось только найти квартиру или дом недалеко от клиники. И опять же. Не думаю, что это проблема. Я имею доступ к средствам «NH cooperation», Найл против не будет. А, как мы все знает, деньги творят чудеса. Я достал телефон из кармана, когда садился в такси и набрал Лиама.

— Да, Лу.

— Лиам, скажи мне адрес семьи Стайлс. Мне нужно с ними поговорить.

— Что-то случилось?

— Нет, нет. Все хорошо. Просто мне нужен их адрес, — Лиам вздохнул и я уверен, что провёл ладонью по лицу, закрывая глаза. Ему сейчас не до меня, вся эта подготовка к предложению и все эти нервы, но у меня тоже тут важное дело.

— Redlight St., 8A.

— Спасибо, Лиам. Удачи.

— Спасибо, ждём тебя, — я кивнул и ответил на сообщение Митча, который спрашивал, всё ли хорошо. И я не знал, как ответить, потому что под словом «хорошо» всегда можно иметь всё, что угодно. Нет определённого понимания.

Что мне всегда нравилось в Донкастере — это то, что все находится близко друг к другу. Клиника близко к дому родителей, клиника близко к дому родителей Гарри. Всё близко и это круто. Снаружи дом ничем не отличался от остальных. От него веяло уютом и теплом. Мне нравится, если честно. Я хотел в Портленде купить похожий дом, чтобы наконец съехать от Ричарда. Но он, узнав о моём плане, наорал на меня и не разговаривал со мной потом неделю. Да, он обидчивый. И, да, я привык.

Выйдя из такси, я встал около двери, постучав. Я не знаю, что я буду говорить, но, думаю, всё пройдёт хорошо. Дверь мне открыла миссис Стайлс, лучезарно улыбаясь. Совсем, как Найл.

— Здравствуйте, я... — женщина махнула рукой, открывая дверь шире.

— Луи. Я помню, милый. Очень рада тебя видеть, проходи, — какая милая женщина.

— Спасибо большое, я не буду занимать много Вашего времени, — я разулся и последовал за миссис Стайлс в гостиную, где она предложила присесть на диван. Чёрт, в этом дома я чувствую себя... как дома? Странно...

— Луи, ты никогда не будешь занимать много нашего времени. Ты вернул нашего сына. Мы благодарны тебе, — женщина сжала мою руку. — Чаю? Я испекла пирог.

— Нет, спасибо большое. Не буду Вас стеснять. Я просто пришёл с Вами поговорить.

— Конечно, что такое? — я выдохнул и зажал пальцами переносицу. — И, пожалуйста, обращайся ко мне на ты и по имени. Мне не комфортно чувствовать себя старой.

— Как скажите, но ты не старая, Энн. Вы выглядите младше меня. И это без единой горечи говорю. Выглядите шикарно.

— Как приятно... Спасибо, Луи, — я улыбнулся и кивнул, потому что она реально выглядит моложе меня. Почему я так постарел?

— Энн, я пришёл поговорить на счёт Гарри, — Энн вскинула брови, а потом нахмурилась.

— Ты был у него? Что-то опять случилось? Почему мне никто не позвонил? Это же...

— Энн, всё хорошо. Правда. Даже лучше. Он говорил со мной, рассказал, что он чувствует.

— Господи, он не разговаривает с нами... Как он? По его словам?

— Он... Эм-м... Он стыдится своего вида, состояния и ситуации, но я поговорил с ним и вот к чему мы дошли вместе с ним, — я достал телефон, где нашёл сайт клиники в Лондоне, пока ехал в такси и показал это женщине. — Энн, я хочу перевести Гарри в клинику Лондона, с дальнейшей там реабилитацией. Думаю, это пойдёт ему на пользу. Вы...

— Всеми руками за, Луи! — Энн воскликнула и её глаза загорелись. — Мы с Робином, моим мужем, хотели это сделать, но доктор не разрешил. Но сейчас, я полностью согласна.

— Отлично! Я боялся, что вы не...

— Мы с Робином не против. Для этого нужно подписать бумаги, правильно? — Энн встала с дивана, включая телефон и начиная что-то искать. — Ещё подготовить Гарри, заказать вертолёт или что он захочет, написать клин-...

— Энн, успокойся, эти все заботы на мне, — я встал с места. — С доктором я поговорил, с клиникой, пока ехал сюда, договорился и последняя моя задача состояла в том, чтобы договориться с вами. И завтра я уже могу забрать его с собой в Лондон.

— Уже завтра? — я кивнул.

— Да. Я завтра уезжаю в Лондон с мужем и, почему бы не соединить, как говорят, приятное с полезным?

— С мужем?

— Да, Энн. В прошлый раз, когда мы виделись, я ещё не был замужем, но сейчас...

— Как это здорово! — Энн подошла ко мне и обняла. — Поздравляю, Луи! Это чудесно.

— Спасибо большое. Ладно, не буду вам мешать больше, нужно ещё некоторые вещи доделать, — я обнял женщину и она провела меня к двери. Я натянул кеды, которые стали неотъемлемой частью моих «выходных» от работы.

— Я рада, что ты приехал так быстро к нему. Завтра тогда я в десять приеду в больницу и подпишу все бумаги. И привезу вещи. Ты будешь там?

— Конечно. Лиам, Найл и Зейн хотят встретиться, так что мы будем довольно рано там, чтобы подготовиться и поговорить. Потому что мы не виделись почти восемь лет.

— Хорошо, тогда встретимся завтра.

— До встречи, Энн, — я вышел из дома.

— До встречи, — я поймал такси и позвонил Найлу, который в этот момент был, скорее всего, с Беллой или Мирой. Короче, с Мирабеллой. Не любил такие имена. Не разберёшь, как назвать. Да, безумно красиво, но непонятно.

— Да?

— Найл, привет, нужна помощь. Так как ты — шишка Великобритании, мне нужен дом не очень далеко от «St. George Mental health clinic». У тебя связи, можешь быстрее об этом договориться. И ещё по поводу Лео. Где эта школа и куда идти? И мне Тори писала, что хочет продолжить заниматься пением. И ещё передавай привет Мирабелле. И спасибо, Найл.

— Эм-м... Ладно. Я вечером тебе всё расскажу.

— Спасибо, Найл. Люблю тебя, — я сбросил вызов и расслабился. Всё хорошо и нет причин беспокоиться. Хотя нет, есть. Мои дети в Америке, а я здесь. Достаточно ли это веская причина, чтобы беспокоиться отцу? Да, я тоже так думаю.

Но, опять же, я не мог расслабиться. Сегодня Лиам делает Шерил предложение. Митч должен был начать организацию свадьбы, через месяц у Физзи выпускной. Это не может не нервировать.

Договорившись с авиакомпанией, я заказал нам вертолёт, который доставит нас с Донкастера в Лондон, с больницы в больницу. Удобно, практично, быстро и качественно.

— Да, Зейн, — я вышел из такси, направляясь домой, прижимая телефон у уху.

— Привет как у вас дела?

— Ничего, всё хорошо. Я предложил Гарри перевестись в столичную клинику. И завтра мы будем улетать. Кстати, про завтра. Я с Митчем и... Короче, со всей нашей компанией собираемся к Гарри, к восьми, не хочешь присоединиться? — я зашёл в дом, натыкаясь на Дейзи с Фиби, которые сидели перед телевизором. Поцеловав их, я сел около них, закидывая голову на спинку.

— Я не знаю, будет ли Гарри рад меня видеть.

— Будет, Зейн. Ему сейчас нужна поддержка от друзей. А мы все друзья.

— Хорошо, тогда я буду, конечно.

— Отлично. Тогда без двадцати восемь — мы у тебя.

— Понял. До завтра тогда.

— До завтра. И передавай привет родителям и Джиджи с Логаном! — парень засмеялся и сказав «хорошо», сбросил вызов. Я посмотрел на девочек, которые в свою очередь смотрели на меня. — А теперь вы. Вы такие большие стали.

— Приезжал бы ты чаще — не удивлялся бы, — я вскинул брови.

— Дейзи, что за претензии?

— Ничего. Говорю, что думаю, Луи, — я закатил глаза и встал с дивана, поднимаясь в свою комнату. Митч сидел на кровати и искал что-то на ноутбуке.

— Привет, милый. Всё хорошо? Ты напряжённый, — Митч понял на меня голову и осмотрел. Как он это делает? Как он узнает моё настроение и состояние? По шагам? По дыханию? Как?

— Если в общем, то завтра мы едем к Гарри в больницу, а после улетаем в Лондон вертолётом.

— Это же хорошо. Чего нервничать?

— Дейзи только что выдвинула мне претензию, что я не видел, как они росли, что мало приезжал и... — я сел около него, ложа голову на плече и обнимая за талию.

— Луи, не переживай. Это просто подростковый период. Всё всегда не так, все раздражают и постоянно нужно кому-то что-то доказать.

— Я понимаю, просто... Я растил их всех с мамой. Каждому менял памперс, купал, вытирал сопли, ходил на разборки, если кто-то их донимал... Я просто не могу поверить, что они стали настолько большими. Лотти уже в университете, Физзи заканчивает школу через месяц, Дейзи и Фиби уже в средней школе, а Эрнест и Дорис заканчивают пятый класс. Понимаешь?

— Понимаю, милый. Очень хорошо понимаю. Но просто нужно это пережить. Они тебя любят и всегда готовы помочь, но то, что ты пропал на семь лет, а потом ещё на столько месяцев — их выбило из колеи.

— Ладно, проехали. А ты что делаешь? — он немного развернул мне ноутбук, чтобы я взглянул.

— Свадьбу планирую. Лиам сказал, что ни он, ни Шерил не хотят громкую свадьбу, поэтому всё будет в их любимом ресторане, в окружении семьи и близких друзей. Совсем, как у нас. С рестораном я уже договорился. Поэтому, думаю, до завтра я закончу проектирование и приступлю к осуществлению.

— Ты у меня лучший, — я чмокнул его и встал с кровати, — не буду мешать.

Митч кивнул и я вышел из нашей комнаты и зашёл в комнату Лиама, который сидел за письменным столом и разбирал какие-то бумаги.

— Хей, — Лиам повернулся ко мне, откладывая всё на стол.

— О, Луи, вернулся?

— Да. И у меня к тебе есть разговор, который я планировал почти восемь лет, — я сел на кровать, а Лиам повернулся на стуле ко мне лицом и скрестил руки, нахмурившись.

— Та-ак, и что за дело?

— Нужна твоя адвокатская помощь. У Ричарда есть дочь. Миранда. И нам нужно вернуть её ему.

— Сколько лет девочке?

— Тринадцать, — Лиам кивнул, доставая блокнот и начиная что-то туда писать.

— Сейчас посмотрим. Говори все, что знаешь и мы посмотрим, реально ли это вообще сделать.

Я начал рассказывать Лиаму всё, что я знал. Про Миранду, про Лесли, про всё то, что Ричард делал для дочери. Рассказал про все подарки и деньги, которые Ричард каждый месяц перечисляет на счёт Лесли. И, конечно, рассказал про то, что она не даёт видеться с дочкой. Брат всё записывал и иногда хмурился. В конце концов, Лиам сказал, что берётся за дело, хоть это и будет очень сложно.

Вечером, когда семья вся была в сборе, Лиам сделал Шерил предложение, отчего она расплакалась и не могла остановиться. Собственно, я её понимаю, потому что моменты, когда ты не можешь контролировать гормоны — хреновая штука. Я сказал ей, чтобы она выпила воды и, закрыв глаза, выдохнула и подумала о своём ребёнке. Иногда при таких моментах, мне это помогало. Помогло и Шерил. Она успокоилась и уже в нормальном состоянии ответила «да». Конечно, это была новость дня и я не хотел расстраивать их нашим уездом. Все были рады и счастливы. Зачем же всё портить?