— До рождества осталось четыре дня, Гарри, — мама делает глоток горячего кофе и медленно ставит чашку обратно на столик.

— Я знаю, — отвечаю, продолжая ковырять вилкой овощной салат.

Наконец, Джоуи добился от главного врача разрешения покидать больницу на некоторое время, но только в сопровождении. Сегодня утром ко мне в палату зашла мама и принесла новые вещи, намного круче и, к сожалению, больше по размеру, чем я носил месяца три назад, когда жил в Калифорнии. На улице слишком жарко, чтобы носить толстовку, поэтому я достал широкую футболку и черные джинсы. Когда до меня дошло, что на них нет ни ширинки, ни пуговиц, я принялся рыться в остальных джинсах до тех пор, пока мама не остановила меня и не объяснила, что это специальная одежда. Я жутко смутился, когда осознал, что эти брюки женские, но у меня не было выбора, да и внешне они ничем не отличаются от мужских. Перед тем, как выйти из больницы, Джоуи выписал моей маме талон «сопровождающего», чтобы меня выпустили, но уходить далеко от корпуса не разрешалось. Мы зашли в кафе через дорогу и заказали лёгкий завтрак, кофе и свежевыжатый морковный сок. Из-за повышенного давления врачи порекомендовали отказаться от кофеина вообще, но это не единственная моя проблема.

— Мы с папой хотим, чтобы ты пришёл на ужин, — она отодвигает чашку и накрывает своей ладонью мою руку. — Рождество — семейный праздник, и я не хочу, чтобы ты был в больнице. Мы арендовали домик в нескольких милях отсюда, я поговорю с твоим врачом.

— Было бы круто, — я соглашаюсь и выдавливаю измученную улыбку.

Закончив с завтраком и расплатившись, мы выходим на улицу, где яркое солнце быстро скрылось за облаками, но прохладнее не стало. Распалённый асфальт едва ли не дымится от соприкосновения с горящей резиной, а тёплый сухой воздух неприятно сушит кожу на лице, заставляя глаза щипать и слезиться. Опускаю солнцезащитные очки на нос и не спеша шагаю рядом с мамой в неизвестном направлении. В заднем кармане вибрирует телефон, надеясь получить хоть одно сообщение от друзей, я спешно вытаскиваю гаджет и внимательно впиваюсь в экран взглядом, но кроме оповещения о предстоящем празднике ничего нет. Папка с входящими сообщениями почти пустая, не считая пары фраз от родителей и одно от Найла, на которое я так и не ответил. Захожу в контакты и ищу номер Луи, чтобы разблокировать его. Может, я соскучился, или просто надеюсь, что он хоть когда-нибудь сможет позвонить. Возможно, я и сам соберу всю свою смелость в кулак и наберу его номер. В следующий момент вверху экрана бегущей строкой высвечивается сообщение:

«Отправитель: Луи. Дата 30.11.16»

Датировано около трёх недель назад.

«Надеюсь, ты прочитаешь это уже после того, как мы встретимся, иначе сюрприза не будет. P.S. Проверяю, как долго ты сможешь держать мой номер в чёрном списке ;)»

— Отвлекись от своего телефона, ты никогда здесь не был.

— Что? — Непонимающе оглядываюсь вокруг, замечая вывеску «Бульвар Пасадена». — Извини, просто важное сообщение. Мне кажется, или мы вышли за территорию корпуса?

Госпиталь возвышается за главным зданием больницы Пемброка.

— Они не узнают, — мама улыбается и подмигивает. — От кого сообщение, если оно так важно для тебя?

— От Луи, он написал, что...

— Ни слова больше, — она резко прерывает меня, и её голос становится более агрессивным. — Я не хочу слышать о человеке, который так с тобой поступил и даже не объявился.

— Мам, — я вздыхаю, но не успеваю ничего ответить.

— Всё, Гарри, достаточно. Я наслушалась о нём, когда ты работал в клубе.

— Это я его бросил, я сделал так, чтобы он не звонил, его номер был в чёрном списке, — убираю руки в карманы и слегка вздрагиваю от потока ветра. — Я оборвал между нами связь, чтобы ты не злилась на него, но, видимо, я ошибся.

— Это не меняет моего отношения к нему.

— Я хочу вернуться обратно, ладно?

Christina Grimmie – I Only Miss You When I Breath

Мама молча кивает и поворачивается, возвращаясь на Аксесс-Роуд. Я, также не произнося ни слова, плетусь за ней, уставившись в телефон и перечитывая сообщение Луи снова и снова. Три недели слишком много, чтобы добраться до Флориды, если только не автостопом или пешком, что для него маловероятно. Я поднимаюсь по лестнице и захожу в больницу, где меня встречает Джоуи. Напоследок обнимаю маму и провожаю её взглядом до выхода. Кажется, она планировала провести со мной больше времени, а теперь выглядит расстроенной, чего не скажешь о моём психологе, который широко улыбается и не может устоять на месте.

— Что-то вы быстро, — говорит он, теребя в руках стопку бумаг, и я лишь пожимаю плечами. — Ладно. У меня есть для тебя хорошие новости.

— Меня скоро выпишут? — Безразлично поднимаю на него взгляд, открывая дверь на свой этаж и следуя к палате. — Хотя о чём я, твои новости не могут быть такими хорошими.

— Ты совсем не веришь в меня, я добился разрешения покидать больницу, — Джоуи похлопывает меня по плечу и останавливает за метр до палаты. — Выписка — следующая в списке, но сейчас не об этом.

Он демонстративно отходит и делает жест руками, указывая на дверь и смущенно улыбаясь. Я недоверчиво берусь за ручку, не решаясь её повернуть. Стою, как вкопанный, и смотрю на белоснежную глянцевую поверхность двери.

— Открывай, — звучит голос за моей спиной и раздаётся эхом в голове.

— Что ты придумал?

Задерживаю дыхание и закрываю глаза. Медленно поворачиваю ручку и открываю дверь. На кресле рядом с окном в напряженной позе сидит Лорен, а рядом с ней Зейн. Они оба встают, как только я делаю шаг в палату и застываю на пороге. Не веря своим глазам, я облегченно вздыхаю и закрываю ладонями лицо, медленно опускаясь на колени. Руки Лорен ложатся на мои плечи, и девушка прижимает меня к себе, успокаивающе поглаживая спину. Её волосы всё также пахнут дымом от сигарет, а голос стал более глубоким и хриплым.

— Как вы здесь оказались? — Я скольжу руками по волосам и плечам Лорен, мысленно убеждая себя, что она реальная. — Не могу поверить.

В этот момент подходит Зейн и, мягко улыбаясь, подаёт мне руку. Я крепко сжимаю его ладонь и поднимаюсь с колен вместе с Лорен, аккуратно придерживающей меня за талию. Оборачиваюсь, чтобы поблагодарить Джоуи, но он уже ушёл, плотно закрыв за собой дверь.

— Привет, — приветливо улыбается брюнетка, смотря мне в глаза.

— Почему вы решились приехать? — Поворачиваюсь к Зейну, который кивает в сторону Лорен.

— Мы не могли оставить тебя одного в таком положении, — она опускает взгляд на мой живот и касается его ладонями. — Он уже такой большой, с тех пор как мы виделись в последний раз.

Прохожу к своей кровати и забираюсь наверх, садясь в позу лотоса, Лорен и Зейн двигают кресла ближе и садятся напротив меня.

— Значит, у вас всё хорошо? — Слегка прищуриваю глаза и поочерёдно смотрю на каждого.

— Мы друзья...

— Я для неё друг, а она мне нет, — прерывает девушку Зейн и расслабленно откидывается на спинку кресла.

— С вами случайно не было Луи? Он писал мне около трёх недель назад, сказал, что скоро мы встретимся, но его до сих пор нет, — замечаю, как они напрягаются и начинают нервно переглядываться, а затем вообще опускают глаза в пол, будто провинившиеся дети.

— Я тебя просила вернуться за ним, Зейн, — Лорен ударяет кулаком по колену и встаёт, садясь рядом со мной на кровать и обхватывая мои плечи. — Гарри, не волнуйся, всё будет хорошо, мы найдём его.

— Мы?! — Вскрикивает Зейн и встаёт с кресла.

— Да, мы, потому что это ты оставил его в том разгромленном магазине! Молись, чтобы полиция его не поймала!

— Почему я не могу просто увидеться с ним? Что в этом такого?

— Для начала я должен узнать тебя и убедиться, что ты не опасен для него.

— Ты издеваешься?! Я здесь торчу уже больше недели! — Ударяю по столу и облокачиваюсь на него руками, оказываясь прямо перед лицом собеседника. — Какой из тебя психолог, чёрт возьми! Ты держишь всё в секрете, ты обманываешь Гарри, заставляя его думать, что я не хочу его видеть!

— Это моя работа, Луи, ты можешь его травмировать.

— Ты идиот?! Он вынашивает моего ребёнка, я не смогу ему навредить! — Толкаю ногой стул, стоящий сзади меня, и он падает, ударяясь об стену. — Я уже устал прятаться, чтобы наблюдать за ним! Мне больно видеть, как он проводит время с Лорен и Зейном, которые вполне могут его травмировать! Если ты ещё не забыл, то они оставили меня в чёртовом магазине в чёртовой Луизиане! Я истекал кровью и ещё несколько дней вытаскивал из шеи осколки стекла!

— Из-за них не беспокойся. Потерпи до вечера, сегодня же Рождество, я всё улажу, подожди здесь, — Джоуи выходит из кабинета, но оставляет дверь открытой.

Через пару секунд в комнату заходит черноволосая женщина с серо-голубыми глазами, она оценивающе осматривает меня и садится напротив, сложив руки перед собой. В её выразительных чертах лица я узнаю схожесть с чертами Гарри. Провожу дрожащими пальцами по многодневной щетине и удивлённо осматриваю женщину. Один на один с его матерью. Я попал. Стоит ли сказать, что мне жаль? Откуда я мог знать, что всё так выйдет. Никогда раньше парни не беременели после секса со мной. Я просто счастливчик. Сжимая в кармане толстовки пачку сигарет, осмеливаюсь взглянуть ей в глаза и заговорить.

— Вы, наверное, мама Гарри...

— Энн, — она равнодушно поправляет меня и продолжает сверлить взглядом.

— Верно, — я киваю и нервно кусаю губы. — Мне жаль, что приходится знакомиться с вами при таких обстоятельствах. Моё имя вы, вероятно, уже знаете. Я не могу ничего объяснить и как-то добиться прощения, но я не бросал Гарри, я узнал о ребёнке из газет, он мне не сказал...

— Я знаю всё это, он рассказал мне, когда прочитал твоё сообщение, — её взгляд смягчается, а враждебность сменяется на милость. — Я хочу пригласить тебя сегодня на Рождественский ужин, думаю, Гарри будет в восторге от такого сюрприза.

— Вы сейчас серьёзно?

Она протягивает мне сложенную бумажку и выходит из кабинета. На обратной стороне написан адрес: «Северо-Западная 83-я Авеню, 2277». Отлично, теперь нужно привести себя в порядок. Незаметно выскальзываю в коридор и ускоренным шагом направляюсь к выходу, оглядываясь по сторонам, чтобы меня никто не видел. На улице достаю телефон и звоню девушке-стилистке, которая помогла мне добраться до Флориды, лишь по счастливой случайности оказавшись в совершенно другом штате.

— Эш, нужна информация о магазинах с одеждой в радиусе двух миль, я только вышел из здания больницы и иду в сторону... — читаю дорожный знак с названием улицы, — ...по Юниверсити Драйв.

— Стой, не двигайся, уже еду.

Спустя пятнадцать минут рядом с тротуаром паркуется ярко-жёлтый ослепляющий Додж, я запрыгиваю на пассажирское сидение и едва успеваю захлопнуть дверь, как девушка давит на газ и машина срывается с места. Помимо того, что она единственный мой свободный знакомый во всей Флориде, Эшли знает толк в крутой одежде и стиле. Её откровенные наряды лишают дара речи основную мужскую часть населения, ярко-розовые короткие волосы, идеально выбритые виски и татуировки придают женственности в комплекте с изящными формами девушки.

После выматывающего дня, проведённого в примерочных магазинов, Эшли впустила меня к себе принять душ и переодеться, а вечером отвезти по адресу. Она быстро управилась с моими влажными волосами с помощью фена и расчески, помогла выбрать одежду, но сколько бы я ни настаивал на слишком понравившейся мне чёрной футболке ответ был один: «Сегодня Рождество! Положи её обратно!»

Кое-как управившись к шести вечера, в мою голову ударила мысль, что я опаздываю. Эшли заводит машину и резко давит педаль газа в пол, максимально настраивая громкость музыки и открывая окна. Мои волосы начинают путаться из-за ветра, я закрываю окно справа от меня и изо всех сил стараюсь пригладить выбившиеся пряди. Громкий смех девушки заполняет салон в считанные минуты, как только она замечает, что я бережно прилизываю волосы, смотря в зеркало. Притормозив перед домом «2277», Эшли тянется на заднее сидение и достаёт свой чемоданчик, затем за пару секунд исправляет всё расческой и лаком для волос.

— Не забудь сзади подарок, — говорит она, когда я уже вышел из машины. — Некрасиво идти в гости с пустыми руками.

— Спасибо тебе за всё, мне никогда не расплатиться за твою доброту ко мне, — наклоняюсь к открытому окну и смотрю, как девушка красит губы насыщенно-синей помадой в зеркало заднего вида.

— Надеюсь, если вдруг мне понадобится помощь в Калифорнии, ты сможешь выручить, — говорит она, и я бесспорно соглашаюсь.

Ed Sheeran — Happier

Держа в руках коробку с кексами, которую купил сегодня в перерыве между похождениями по магазинам одежды, я медленно выхожу на дорожку, ведущую к дому. Самое большое окно не скрывает семейную атмосферу внутри, даже сквозь плотные занавески я могу наблюдать суету в комнате. Энн только и успевает расставлять блюда, которые Гарри ей суёт под руки. Он одет в белый верх, напоминающий просторную рубашку, волосы собраны в хвост. Разноцветная гирлянда мигает над окном, а ветви пышной ёлки с висящими на них игрушками видно с улицы. Я делаю ещё несколько шагов и останавливаюсь прямо перед дверью, моя рука застывает над звонком, а сердце замирает в ожидании. Может, мне тоже стоило надеть более подходящую одежду для праздника, а не белую футболку с джинсовой рубашкой, но уже поздно сейчас что-то менять. Глубоко вздыхаю, успокаиваю дрожащие руки и, наконец, нажимаю на кнопку звонка. Моментально весь шум пропал, едва слышные шаги приближаются к двери, щеколда отворачивается и дверь распахивается перед моим носом.

— Проходи, — Энн вежливо пропускает меня внутрь и подталкивает в гостиную.

— Мне нужно ещё пару минут.

Осознание того, что я смогу прикоснуться к Гарри спустя несколько месяцев полной тишины, буквально вскружило мою голову. Отдаю коробку Энн и касаюсь стены, слегка пошатываясь от волнения.

— Кто это? — Тихо спрашивает Гарри.

— Твой Рождественский сюрприз.

— Только не говори, что ты позвала Джоуи, пожалуйста, — усмехается он, и тогда я решаюсь зайти в гостиную.

Улыбка и очаровательные ямочки сразу же пропадают с его лица. Глаза наливаются слезами, и он прячет лицо в ладонях, наклоняясь вперёд и содрогаясь всем телом. Я безумно пугаюсь и падаю перед ним на колени, сжимаю его бёдра и касаюсь губами живота. Поднимаю его за плечи и убираю руки с лица, пальцами вытирая влажные щёки.

— Почему? Почему ты мне ничего не сказал, Гарри? Сколько бы ты ещё молчал?

— Я боялся... Боялся, что ты бросишь меня... — шепчет он, заикаясь от нехватки воздуха. — Поэтому и решил бросить тебя первым...

— Глупости, ты говоришь сейчас глупости, — я кладу ладони на его руки и притягиваю их к своим губам. — Я бы никогда так не сделал, поэтому я здесь. У нас всё будет отлично, мы справимся, слышишь, ты больше не останешься один.

Новая волна эмоций подступает к Гарри, и слёзы продолжают литься бесконечным потоком, останавливаясь у подбородка и капая на белую рубашку. Я лишь успеваю задержать их на секунду, но в следующий момент парень сползает на пол и устраивается между моих ног, тяжело дыша в шею и обжигая своим дыханием мою кожу. Гарри крепко сжимает в кулак мою рубашку на спине, он успокаивается, но его тело всё ещё судорожно потряхивает. Я обхватываю его плечи и начинаю раскачиваться в стороны, стараясь не причинять неудобства животу, убаюкивая на своих руках рано повзрослевшего ребёнка.

«Никто не делал тебе так больно, как я, и в тоже время никто не любил тебя так сильно»*

_____________

*Ed Sheeran — Happier