Дождь. На асфальте нет ни одного сухого места, лужи разрастаются с неимоверной скоростью а людей не видно за зонтами, но и без этого можно сказать, что у каждого из них угрюмое лицо и желание поскорее оказаться в тёплой квартире в голове. Невозможно поверить, что это только начало осени.

Чимин возвращался с очередного концерта, который давал в полуизвестном увеселительном заведении средней руки. Он устал так, будто бы безостановочно таскал на спине тяжести несколько десятков часов, а теперь ещё и промок, что настроение никак не поднимало.

Пак чувствует, что всю его жизнь можно описать всего лишь одним словом - усталость. Он уже устал каждый день репетировать по много часов, устал добиваться какого-либо результата, когда кажется, что цель слишком далека и недосягаема несмотря на всю проделанною работу, устал тренировать свое тело, а потом быть не в состоянии и шаг ступить из-за судорог в натруженных мышцах. Устал от своих родителей, которые постоянно всем недовольны и хотят, чтобы сын действовал всегда по их указу и не имел никакого собственного мнения, априори соглашаясь на приготовленную ему заранее судьбу.

Парень часто танцует, делает это с самого детства, считает своим призванием даже, но родители не одобряют выбор своего сына. Сколько бы парень ни старался, все его усилия не оценивались по достоинству, просто замалчивались и становились «невидимыми». Родителям не нравилось, что парень занимается танцами, когда все в его возрасте уже должны думать о "будущей семье"и прочих радостях быта, типа постоянной скучной работы и начала облысения в тридцать, а то и раньше.

Это неправильно, во первых по отношению к самому себе, но Чимину с каждым днём всё больше казалось, что его жизнь неотвратимо идёт под откос.

Если неодобрение родителей было не такой уж и новостью и стало скорее неприятным дополнением к стремлению к мечте, так ещё это имя на левой ключице. Выведенное аккуратными вензелями, почти незаметными тонкими линиями, которые парень всё же старался всегда скрывать под одеждой, чтобы не попадалось на глаза лишний раз. Как оно бесило Пака, напоминало о вечных кандалах парности и эфемерном человеке, ходящим где-то и наверняка мечтающем превратить жизнь свободолюбивого Чимина в ад.

Мин Юнги.

Имя могло принадлежать как женщине, так и мужчине. И если в первом случае разобраться с этим было хоть как-то можно, то во втором - Пак был совсем не уверен, что справится с представителем сильного пола, как физически, так и морально. Он готов поспорить был, что однажды обязательно наткнётся на Юнги, и боялся этого дня, словно мог как-то избежать его или изменить своё предназначение. И в тот самый день, Чимин был уверен, вся его жизнь пойдёт наперекосяк.