Когда Клаус проснулся среди ночи, ему потребовалось несколько минут, чтобы понять, что он в кровати Кэролайн, а не в своей собственной. Они были целый день вместе, наслаждались друг с другом и, наконец, уснули. Было удивительно провести с ней целый день, но Клаус не насытился этим, все еще чувствуя потребность в Кэролайн. Он протягивает руку, желая обнять и прижать девушку к себе, но находит кровать пустой. Кэролайн нигде нет.

Услышав шум из соседней комнаты, гостиной Ребекки и, обвязав бедра простыней, он поднимается с кровати.

Толкнув дверь, Клаус видит Кэролайн, сидящую в глубоком красном кресле, обвязанную простыней и тянущую ко рту яблоко. Застыв, она виновато на него смотрит, слегка приоткрыв рот, чтобы откусить от фрукта. Клаус усмехается. Ее реакции так не похожа на поведение всех знакомых ему женщин. Может это потому, что она из будущего, а может, просто потому что это именно она. Как бы то ни было, он находит ее очень милой. Отложив яблоко обратно на тарелку, Кэролайн складывает руки на коленях.

- Мне стало интересно, куда ты делась.

- Извини, я проголодалась. Я совсем не ела сегодня. Забыла, что людям еда нужна для питания, а не только для удовольствия.

Подойдя, Клаус встает на колени перед ее креслом, видя, как Кэролайн в темноте напряженно следит за его движениями своими кристальными глазами. Он берет кусочек яблока с тарелки и медленно подносит к ее рту. Кэролайн откусывает, и Клаус слышит как бешено забилось в груди ее сердце, ухмыляясь, зная, что только он может заставить ее сердце заколотиться так быстро.

Медленно пережевав, она проглатывает, и Клаус кладет оставшийся кусочек себе в рот.

- Я не могу спать, - говорит Кэролайн, нарушая тишину. - Все время думаю о Елене и ее смерти, даже зная, это не правда. Это не правда!

- Эта Елена дорога тебе?

Она кивает:

- Она моя лучшая подруга. Мы знаем друг друга целую вечность. То есть, мы не всегда дружили, но всегда были рядом.

Клаус задумчиво кивает:

- Мы найдем способ все исправить. Я помогу тебе.

- Правда?

Он пытается заглушить обиду, которую породило ее недоверие.

- Конечно. Ты должна стать вампиром, Кэролайн. Я не позволю тебе находится здесь, будучи такой хрупкой. Это слишком опасно.

- А что если я не стану обратно вампиром?

- Тогда я обращу тебя снова, - прищуривается Клаус.

Кэролайн вздрагивает от решительности в его словах, нет никаких сомнений в том, что Клаус совершенно серьезен. Его поведение привлекает, но, в то же, время, так раздражает.

- То есть ты не хочешь видеть меня рядом? Если останусь человеком?

Он протягивает руку, касаясь щеки Кэролайн:

- Речь идет о твоей безопасности. Среди всех этих волков, вампиров и прочей нечисти, ты просто не выживешь, будучи человеком.

Но ее совсем не успокаивают эти слова:

- Да ладно, Клаус, я тебя знаю. Знаю, насколько ты ненавидишь людей. Они ничего для тебя не значат.

Опустив руки, Клаус раздраженно встает и отходит в сторону. Она права, люди действительно мало для него значат. Но ведь Кэролайн не останется человеком навечно. Он обратит ее. Чтобы сберечь. Только так она может остаться рядом.

- Тебе известно о моей жизни столько интересного, а я о тебе ничего не знаю, - говорит он, уклоняясь от темы. - Это немного несправедливо, дорогая.

Губы Кэролайн искривляются в улыбке. Ему не удалось ее обмануть, но девушке и самой хотелось сменить тему.

- Что ты хочешь узнать?

Он задумывается всего на мгновение.

- Как ты обратилась?

Кажется, вопрос ее расстроил, и Клаус сразу понимает, что вампиром она стала не по своей воле.

- Меня обратила одна мстительная сука. Так она хотела передать сообщение моим друзьям.

- И это имело отношение к Елене?

- Да, в какой-то степени. Но виновна в этом не она, все из-за...

Кэролайн чувствует, как магия останавливает ее, когда хочет произнести имя Кэтрин. Видимо все это слишком связано с Клаусом, чтобы позволить ему узнать.

- Из-за?..

- Прости. Я не могу сказать.

- Меня? Это я обратил тебя?

- Нет! - быстро откликается Кэролайн. - Я не имела с тобой ничего общего, но, кажется, это часть какого-то большого плана. Наверное. Я не знаю точно.

Она тихо стонет, откинувшись в кресле:

- Все так запутано! Какая-то мелочь влечет за собой череду последствий. Как я уже все не перевернула? То есть, если умерла Елена, должно измениться вообще все, верно?

- Не уверен, что понимаю тебя, любимая, - пожимает плечами Клаус.

- Ну, - говорит Кэролайн, снова выпрямляясь. - Если Елена мертва, меня здесь быть не должно. Ведь я переместилась сюда именно из-за нее.

- Ты имеешь в виду, что эта Елена, та, кто желал мне смерти? Тогда, я рад тому, что она умерла.

- Мог бы и сменить пластинку за 600 лет, - бормочет себе под нос Кэролайн.

- Что?

- Я имею в виду, почему все остальное не изменилось, - быстро произносит она. - А только я стала человеком.

Клаус отвечает ей растерянным взглядом.

- Наверное, Гретхен сможет разобраться с этими ведьминскими штучками.

- Наверное, - вздыхает Кэролайн, чувствуя себя побежденной.

Подойдя, Клаус поднимает ее с кресла в свои объятия, и девушка взвизгивает от быстроты его движений.

- У тебя будет полно времени, чтобы спросить ее позже, - говорит Клаус, неся ее обратно в спальню. - А теперь спи.

Он кладет Кэролайн на кровать, стягивая с нее простыни, громкий смех срывается с ее губ.

- Спать? - дразнит она.

Клаус накрывает ее тело своим и наклоняется над девушкой. Его губы всего в миллиметре от ее. И он слышит, как снова бешено заколотилось сердце Кэролайн, когда она прикусывает губу в ожидании.

- Да, спать, - говорит он, прикасаясь к ее губам. - Потом.

***

Кэролайн просыпается на следующее утро, когда Клауса уже нет рядом. На секунду ее колет разочарование, но потом она пожимает плечами, понимая, что он и так провел всю ночь с ней. Услышав голоса во дворе, она поднимается, чтобы выглянуть в окно. Элайджа и Катерина веселятся внизу, Кэролайн впервые видит мужчину таким веселым. Она даже не представляла его таким. Задумчивым, таинственным, мудрым - да, но не веселым.

Пожав плечами, она направляется к шкафу, чтобы выбрать платье, желто-оранжевое, с вышитыми золотой и черной нитью лифом и рукавами.

Взяв платье, девушка сталкивается с одной проблемой - шнуровки расположены на спине, и надеть его самой не представляется возможным.

Кэролайн все еще размышляет над этой задачей, когда раздается стук в дверь и заходит тепло улыбающаяся Гретхен.

- Тебе помочь?

Кэролайн согласно кивает.

- Значит, ты пережила ночь. Я думала, что Клаус обратит тебя еще до заката.

- Он упоминал об этом, - печально откликается Кэролайн. - Но мне идея совсем не понравилась.

- Согласна.

- Так, что привело тебя сюда так рано?

- Рано? - смеется Гретхен. - Уже почти полдень. Мне надо было обсудить кое-что с Элайджей, но и с тобой хотелось поговорить. Кажется, я кое-что узнала о твоем заклинании.

Кэролайн резко поворачивается к Гретхен, чувствуя, что та уже закончила зашнуровывать платье.

- Что ты узнала?

- Трудно разбираться с ведьмами, которые работают с подобными заклинаниями. Но если оно сработало, значит так нужно.

- Да, - нетерпеливо махнув рукой, говорит Кэролайн. - И я должна выполнить какое-то предназначение. Скажи то, чего я не знаю.

- Я знаю, как вернуться обратно. Не буду тянуть, если ты не против.

Кэролайн чувствует, как сердце пропускает удар.

- И как?

- Это просто теория. Об этом написано в нескольких источниках, но данные могут оказаться фальшивыми.

- Что бы это ни было, я это сделаю!

- Я бы не была так уверена, - скептически смотрит на нее Гретхен. - Есть шанс, что ничего не выйдет.

Кэролайн с тревогой берет ведьму за руку:

- Просто скажи, что делать?

- Все очень просто. Все, что тебе нужно сделать, это умереть.